Есть ли в православии обряды

В этой статье шаман Владислав Викторович отвечает на вопрос читательницы «Есть ли в православии обряды?».

Попытаемся посмотреть на этот вопрос сквозь призму евангельского учения и опыта его воплощения в жизни реальных людей.

История эта действительно примечательна. На первый взгляд мы имеем дело с некоторым принуждением, ведь язычница упорно не желала креститься. Но, с другой стороны, окончательное решение было за ней, и в конечном итоге она добровольно и с радостью приняла таинство. Примечательно то, что такая удивительная перемена в настроении женщины произошла после соприкосновения с материальной вещью. Конечно, для православного человека крест – не просто вещь, это святыня. Однако для неверующего он не имеет никакого значения и авторитета. Очевидно, что через соприкосновение с материальным предметом Табычак пережила абсолютно новый для себя духовный опыт. И именно этот духовный опыт, отчасти облеченный в конкретные формы ослабления болезни, побудил ее со смирением принять крещение. Безусловно, что в момент соприкосновения с крестом Сам Господь невидимым образом коснулся сердца язычницы. Остается лишь недоумевать, почему это событие промыслительным образом было так тесно связанно с прикосновением к материальной святыне. Ведь если обращение Табычак было уже определено, то Создатель мог и без использования видимого знака, по одной лишь молитве миссионера, ослабить болезнь, убедив ее таким образом в истинности Православия.

Образ действий Спасителя в приведенных повествованиях еще менее понятен и логически обоснован, чем в истории с обращением Табычак. Неужели Господь Вседержитель, создавший вселенную одним словом, не мог исцелить больных без каких бы то ни было внешних действий? Естественно, мог! Здесь не может быть никаких сомнений! И все же Спаситель исцеляет их от болезней именно с помощью конкретных чувственных образов.

Проблема в человеке! Именно для него необходимо, чтобы встреча с Богом была исполнена пространственно-временной конкретики

В сущности, в Церкви во время богослужения, облеченного в конкретные формы пространства и времени, повторяется тот же евангельский опыт встречи реального человека с реальным Богом. Господь прибегал к внешним средствам не потому, что не мог войти в душу человека иным путем. Бог все может! Проблема здесь в человеке! Именно для него, немощного, огрубевшего, не способного правильно разбираться не то что в духовном опыте, но даже в элементарных чувствах, необходимо, чтобы встреча с Богом была исполнена пространственно-временной конкретики. Только так человек может, во-первых, идентифицировать, осознать, понять сущность внутренних духовных переживаний и, во-вторых, познать Бога не в качестве безликой духовной силы, а как Личность.

Облекая встречу души с благодатью в конкретные вещественные образы и формы, Господь тем самым спасает человека от бесплодных духовных исканий. Ведь смысл духовного опыта не в невыразимых переживаниях и богатых чувствах. Такой безликий опыт очень опасен. Зачастую он открывает путь к оккультным связям с миром падших духов. Смысл же правильного духовного опыта – в познании конкретного пути к Создателю, то есть личностное общение с Ним посредством церковных таинств.

Пространство храма, благолепие обрядов – не самоцель, это лишь благоприятная среда для реального общения с Богом

Честность перед собой требует признать, что каждая минута, посвященная Творцу, каждая мысль о Нем – должна быть отвоевана с великим трудом у пространства и времени, заполненных грехом, суетой и леностью. Чтобы обратить мысль к Богу – нам нужно поднять глаза к небу, нужно оторвать свои чувства от привязанности к этому миру. И именно для того, чтобы придать нашему внутреннему обращению к Создателю черты реального действия, чтобы не потерять его среди массы мыслей и переживаний, мы обращаем взгляд на прекрасное, с помощью обоняния, слуха и других чувств пытаемся прийти к ощущению реальности небесного мира. Все пространство храма, благолепие обрядов – не самоцель, это лишь благоприятная среда, в которой внешние условия помогают земному человеку прийти к мысли о Боге, утончают чувства огрубелой натуры для восприятия духовных реалий.

Читайте также:  Какие свечи нужны для ритуалов

Глеб Чистяков редактор Информационно-издательского отдела Русской Православной Старообрядческой Церкви, историк, член Союза журналистов России

Слово “обряд” – не церковное, оно чуждо церковно-литургической терминологии

В сочинениях святых отцов можно найти немало вполне определенных объяснений онтологической сути христианского таинства и священнодействия. Они основываются на неразделимом единстве материального и духовного, в гармоничном согласии внутренних и внешних черт богопочитания, в единстве и неизменности формы духовного общения человека с Богом.

Таким образом, мы имеем вполне однозначное и ясное православное вероучение о таинствах, священнодействиях и других формах богопочитания. Во-первых, они установлены под водительством самого Господа, во-вторых, они наполнены онтологическим присутствием Бога и являются, независимо от субъективного человеческого восприятия, единственно возможными способами получения божественной благодати, в-третьих они исчерпывающим образом, выражают смысл веры, в-четвертых они являют собой выражение гармонии и единения духовных и физических устремлений человека.

Отделяя главное от второстепенного, духовное от материального, схоласты обосновали возможность разделения богопочитания на внешние и внутренние формы, так называемую оболочку (т.е. обряд) и содержание. Признав оболочку второстепенной, зависимой, католические богословы тем не менее не пошли на полное ее отделение от содержания. Однако это выделение внешних форм, признание этого отделения, не могло не сказаться на жизни Католической церкви. Многие священнодействия и таинства стали терять апостольские формы. Так, например, миряне перестали причащаться крови Христовой, погружение при крещении было заменено сперва на обливание, а затем и на окропление, изменился образ крестного знамения.

Уже к концу восемнадцатого века значительная часть российских епархий переходит на обливательное крещение, повсеместно сокращается богослужение, в качестве церковного пения вводятся оперные и опереточные арии модных композиторов, догматический символизм иконы заменятся на паточный реализм католической религиозной живописи, исполнение таинств особенно крещения, исповеди и причащение св. Таин превращается в казенную и насильственную государственную повинность.

Читайте также:  Какие ритуалы у готов

Также в ходе этих изысканий была создана так называемая эволюционная теория перстосложения. После того, как было доказано, что трехперстие не имеет никакого отношения ни к апостолам, ни к святым отцам, некоторые ученые предложили гипотезу о постепенно – поступательном изменении перстосложения. Тождественная католической теории эволюционного развития догматов эта гипотеза увязала изменение обряда перстосложения в зависимость от появления (или проявления?) новых христианских догматов. Первоначальное единоперстие якобы выражало веру в единого Бога, более позднее двуперстие – в Исуса Христа, новейшее трехперстие – в Св. Троицу [4] .

На днях мне в интернете попался популярный, или, как теперь говорят, вирусный, текст:

«Христос и Его ученики за всю Свою жизнь НИ РАЗУ

И так далее — список довольно длинный, и я не привожу его полностью, общая мысль понятна. Богатство православной обрядности — это что-то пустое и ненужное, даже противное первоначальному замыслу и желанию Господа Иисуса и первых учеников.

Поэтому совершать эти обряды — дело пустое и ненужное. Так ли это?

Конечно, Господь и апостолы едва ли практиковали православное благочестие, каким мы его знаем сейчас. Они принадлежали к иудейской культуре I века, и благочестивые обычаи, которых они придерживались, имели именно ветхозаветное, еврейское происхождение.

Но это благочестие носило ничуть не менее обрядовый, традиционный и общинный характер, чем православное.

12-я глава книги Исход подробно описывает, в какие одежды надо облачиться, какую еду есть и какие действия совершать:

«И сказал Господь Моисею и Аарону в земле Египетской, говоря: месяц сей [да будет] у вас началом месяцев, первым [да] [будет] он у вас между месяцами года.

Скажите всему обществу Израилевых: в десятый [день] сего месяца пусть возьмут себе каждый одного агнца по семействам, по агнцу на семейство; а если семейство так мало, что не [съест] агнца, то пусть возьмет с соседом своим, ближайшим к дому своему, по числу душ: по той мере, сколько каждый съест, расчислитесь на агнца.

Агнец у вас должен быть без порока, мужеского пола, однолетний; возьмите его от овец, или от коз, и пусть он хранится у вас до четырнадцатого дня сего месяца: тогда пусть заколет его все собрание общества Израильского вечером, и пусть возьмут от крови [его] и помажут на обоих косяках и на перекладине дверей в домах, где будут есть его; пусть съедят мясо его в сию самую ночь, испеченное на огне; с пресным хлебом и с горькими [травами] пусть съедят его; не ешьте от него недопеченного, или сваренного в воде, но ешьте испеченное на огне, голову с ногами и внутренностями; не оставляйте от него до утра; но оставшееся от него до утра сожгите на огне.

Поэтому человек, который по своей воле отказался от участия в пасхальной трапезе, отпадал от народа — это было не просто отказом вспоминать ключевое для народа событие, но отказом в нем участвовать.

Читайте также:  Куда девать мелочь после обряда в чистый четверг

И Господь Иисус не только не уклоняется от совершения этого обряда — напротив, Его Тайная Вечеря, на которой Он устанавливает Таинство Евхаристии, совершается именно в Пасхальный Седер.

Но оно невозможно и по другим причинам.

Во-первых, личное благочестие предполагает регулярные усилия в молитве. Псалмопевец прославляет Бога не потому, что у него сегодня есть такое настроение – а потому, что Бог достоин хвалы и поклонения. Обязанность посвящать Богу день субботний предполагает эту же молитвенную дисциплину — это нравственная обязанность человека, воздавать хвалу его Творцу и Искупителю, и это предполагает дисциплинированные, организованные усилия.

Можно — и нужно — молиться своими словами. Но когда вы устали, недовольны и вообще не в настроении, вы молитесь словами, которые уже сложились в библейской традиции. Молитвенником первых христиан была Псалтирь — и это неоднократно упоминается: Иак. 5:13, Еф. 5:19, Кол. 3:16.

Вторая причина — любая общая молитва требует какой-то упорядоченности, и когда эта упорядоченность неизбежно возникает, она становится устойчивой — не создавать же ее заново каждый раз. Обряды — то есть какие-то устойчивые формы, в которые отливается общая молитва — просто неизбежны.

Они неизбежны и в общинах, которые стараются уйти от обрядов — и на них можно напасть точно с теми же словами, как и на православных:

Христос и Его ученики за всю Свою жизнь НИ РАЗУ

Если в христианском мире есть строгие реконструкторы, которые тщательно (насколько это возможно) воспроизводят обычаи I века, то их очень немного — во-первых, невероятно утомительно, во-вторых, непонятно, зачем, в-третьих, все равно без толку — человек XXI века, нарядившийся в костюм I-го, – это просто не больше, чем человек XXI века в маскарадном костюме.

Религиозная жизнь неизбежно нуждается в каких-то обрядовых формах, и они не могут буквально воспроизводить формы I века.

Но желательно, чтобы они сохраняли с ними связь — чтобы они росли из I века, как растет живой организм.

Обряды Церкви вырастают из ее опыта молитвы и богообщения, они не являются чем-то случайным или бессмысленным.

Когда мы совершаем их, мы входим в то же пространство веры и молитвы, в котором находились апостолы.

Да, духовная жизнь может формализироваться, тщательное выполнение обрядов – скрывать внутреннюю пустоту и неверность Богу — против чего много предостерегали еще ветхозаветные пророки.

Как сказал поэт,

Если у вас нету дома,
Пожары ему не страшны,
И жена не уйдет к другому,
Если у вас нет жены.

А если духовная жизнь у вас есть, она неизбежно будет проявляться в обрядах — и не нужно этого бояться.

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Adblock detector